Что добавить?


Два стилевых пласта творчества

Здесь, как можно увидеть, и смыкаются два стилевых пласта творчества С. Слонимского, о которых говорилось выше. (Добавим, что в трагически экспрессивных кульминациях этой оперы разрабатывается и третий «древний» пласт.) Очевидно глубинно внутреннее и органичное, истинно творческое осознание этого единства, продиктованное самой музыкальной действительностью современности, помогло композитору использовать этот интонационный слой, одновременно внеся в него собственную неповторимую лепту. Нужно сказать, что большое и многообразное творчество С. Слонимского, а он действительно один из самых пишущих композиторов, свидетельствует о том, что композитор идет чрезвычайно интересным и непредвиденным путем. Почти каждое его сочинение ставит перед исследователями ряд новых вопросов. Как истинный художник он все время чуть впереди, чутко сохраняя дистанцию: не слишком большую, чтобы не оказаться сегодня непонятым, и не слишком малую, чтобы не оказаться завтра неинтересным. Однако, как бы ни был композитор изобретателен и, может быть, рационалистичен в стратегии и тактике стилевого развития своего творчества, он никогда не проникнет в душу современника, если не будет думать о потомках, и наоборот, не достигнет души потомка, если пренебрежет своим современником. Сергей Слонимский постиг эту диалектику. И кроме таланта ему всегда помогают сердце и совесть художника гражданина. Музыка всегда в большой мере портрет ее творца. Когда вслушиваешься в естественное, последовательное, целеустремленное, полное особой многозначности развитие музыкальной мысли в той или иной части «Сычуань ких элегий» или «Роман серо о любви и смерти» Николая Седельникова, возникают ассоциации с творческой судьбой их автора. Так же последовательно и несуетно шел он через годы безвестности, редких исполнений, редких, хотя и благожелательных откликов прессы к успеху и признанию. Теперь каждое новое сочинение Седельникова вызывает интерес, порой споры, оно становится значительным фактом современной духовной жизни и объектом исследования, как яркое, самобытное и в то же время характерное явление нашей художественной культуры. Такое возможно лишь тогда, когда в искусство входит Личность, художник, способный сказать свое слово о времени, о том, что волнует человека. Именно таков Н. Сидельников композитор незаурядный, глубоко и оригинально мыслящий, со своей темой, своей творческой манерой.

Открытие ренессансного пласта музыкантами XX века

Вероятно, так и осталось бы «археологическим» открытием, если бы музыка мадригалов и канцон не оказалась вдруг близка самым широким слоям слушателей, о чем справедливо пишет в первой главе своей книги о Монтеверди «Монтеверди и Двадцатый век» В. Конен (М., 1971). А это означает, что интонации ренессансной вокальной лирики стали для нашего времени вновь живыми. Следовательно, в том, что они вошли в состав строительного материала музыкальной лексики Слонимского, можно видеть широкий спектр явлений музыкальной культуры современности. В связи с этим уместно вспомнить, что стилизация средневеково ренессансной музыки, преимущественно балладной и танцевальной, стала типичным художественным приемом современного театра и кино. Справедливым было бы, пожалуй, рассматривать это как процесс широкого включения данного пласта в общественное музыкальное сознание, что существенно обогатило контекст и уровень служительского восприятия. Думается, что композитор, вдумчиво анализирующий звуковую среду в ее движении и развитии, конечно же учел эти новые возможности в общении со своим современником. (Любопытно, что именно музыка для театра и фильмов с соответствующими сюжетами послужила основой оперы Н. Каретникова «Тиль Уленшпигель», написанной одновременно с «Марией Стюарт» и также основанной на стилизации, преломленной, разумеется, через совершенно иную авторскую индивидуальность.) Следует иметь в виду также, что шотландская баллада, которая в «Марии Стюарт» как раз и явилась «ключевым знаком» музыкального языка, зажила в XX веке своей новой жизнью совершенно независимо от «не ренессанса». Широко известно, что будучи одним из истоков американского джаза, ока особенно привилась, и даже в более бляшкой к первоисточнику форме (в первую очередь в силу географических причин), в ранних лирических песнях «Битлз» 1960х годов. И хотя поток интонационной информации, идущей от легкой музыки, по самой своей направленности не несет в себе исторически познавательного аспекта, который, несомненно присутствует при стилизации в театре и кино, в глубине сознания современного слушателя эти два потока эстрады и прикладной стилизации не могут не встретиться и не закрепиться в некоем прочном единстве.

anomaly warzone earth скачать торрент

Функции PHP для работы с массивами

 

Музыкальный язык

Имеются в опере и лейттемы, стабильно закрепленные за теми героями, которые однозначны в своей сущности и проявлениях. Таковы некрасивая стаканная тема Дарнлея мужа арии, и грубо жесткая три тоновая тема баронов. В том же плане можно рассматривать тему Шотландии. Эта опера, как и другие большие сочинения С. Слонимского, многотемна. Емкие и мелодичные, эти темы запоминаются, узнаются в куплетных и лейтповторах; они и составляют музыкальную ткань оперы. Сочинение, как вообще творчество Слонимского полностью тематично. Автор насыщает музыкально интонационным смыслом каждый звучащий миг. Музыкально тематической содержательности оперы полностью соответствует ее либретто. Написанное Я. Гориным по сюжетной канве одноименного романа С. Цвейга, оно в высшей степени художественно по своим литературным достоинствам. Крайне придирчивый и щепетильный в вопросах текстов для своих сочинений, С. Слонимский получил здесь либретто, не уступающее либретто «Виринеи», написанному С. Цениным. Оно точно и разнообразно по лексике. В нем, если угодно, стилизована поэзия Р. Бернса в привычном для нас облике переводов С. Маршака. Особенно ценны афористически сформулированные ключевые жизненно философские фразы, уже скорее шекспировского, чем бесовского плана, например, такая: «Любовь и власть вот две великих страсти, объединившись, гибель нам несут!» Может быть, не принято искать общность между европейской балладой и русскими частушками, выполняющими в «Виринее» роль, в чем-то сходную с вставными песнями из «Марии Стюарт», но дух народного юмора, оптимизма и свободомыслия, проявляющийся в задорном ритме лаконичного стиха, удивительным образом роднит их, и это родство демонстрирует своеобразный песенно-интонационный феномен Слонимского. Вновь возвращаясь к вопросу о соотношении в музыкальном языке его сочинений стилизации с сущностью собственной индивидуальности, следует сказать, что «Мария Стюарт» являет собой ярчайший пример их органичного единства. Естественная и абсолютная опора на тонику, трихордовость, избегание вводно тоновых оборотов (отсюда и своеобразие кадансов), постоянное использование мажор минора и ладовой переменности, четкая и немудреная структурная периодичность, песенная повторность фраз, характерная ритмическая концентрация синкоп, триолей и пунктира в кадансах вот перечень основных признаков этого единства.

Если вы хотите нарисовать цветы, есть отличная статья об этом на сайте pro-hobbi.ru

 Прослушать и скачать бесплатный шансон в хорошем качестве вы можете у нас

Не потому ли возникла «Мария Стюарт»?

Назвав «Марию Стюарт» оперой балладой, Слонимский определил ту меру стилизации, которая ведет слушателя от современности (включая современное понимание серьезной оперы как жанра экспрессивной системы средств) к конкретному историческому эпизоду четырехсотлетней давности судьбе шотландской королевы Марии Стюарт. Это название жанра обусловило и четкую номерную структуру оперы, и куплетно-песенное строение большинства ее сцен, и каркас вставных номеров, «по касательной» отражающих содержание песен Веселого и Грустного, Скальдов и Мэри Сэтон, и, наконец, музыкальный стиль оперы, в каждой ноте которой оставаясь самим собой, он дал определенный, точный и очень яркий колорит эпохи. И все же «Мария Стюарт» не статичная сюита раскрашенных стилизацией картин и сцен. Это живое и динамичное театральное действие с выпуклыми характеристиками и рельефной драматургией. Особенность сюжетного действия состоит в ощущении единства времени и места действия, которое не покидает, несмотря на обычное для оперного театра, хотя и не очень большое, разнообразие декорационно-сценического ряда. Оно достигается музыкально-драматургическими приемами, и, как ни странно, именно теми балладными номерами, которые, придавая действию внешнюю эпическую статику, на самом деле объединяют его в едином движении. Действие оперы разворачивается подобно шахматной партии в стадии ее окончания после первого и решающего шаха. Мария обречена с того момента, когда на нее надели корону. Образ молодой красавицы королевы чужестранки, католички, воспитанной в светском духе французского двора, полностью диссонирует образу патриархальной и протестантской Шотландии с ее суровой природой и трагичным внутри и внешнеполитическим положением. Да и власть для Марии это сладкая забава, а не серьезная ответственность. На протяжении всей оперы мы ощущаем несовместимость этих образов, решенную ладоинтонационным и тембровым контрастом двух сфер. Теплая торцовая сфера окутанных меланхолической грустью минорных арий Марии (обычно с флейтой и арфой) и холодная валеночная пустота квинтовой в басовом звучании медных. Картинность скалистых и туманных просторов, боль и тоска национального и феодального гнета, вместе с тем, прямая простота и здоровый народный оптимизм вся шотландская сфера выписана Слонимским с большой любовью и тонкостью, равно как нежный, чуткий и очень женственный облик Марии, которому в свою очередь контрастирует суровая строгость Елизаветы.

Вкусный суп с ребрами на сайте blogoede.com

Народный танец не просто жанровый финал.

Нота си, заканчивающая эту симфонию, на сей раз не является абсолютным устоем. «Белый» звукоряд лада си не имеет стержневой чистой квинты. Тритон си фа, пронизывающий финальный эпизод симфонии, делает его тональность относительной, разомкнутой. (При всем разнообразии средств в своих симфониях Слонимский опирается на устойчивую ладотональную семантику.) Развернутая пяти частная Седьмая симфония, если судить по названиям ее частей Пастораль, Хроматическая свирель, Бурлеска, Монодия, Народный танец, казалось бы, не имеет отношения к большим и серьезным концепциям. Тем не менее, ее светлая и красивая музыка омрачается и подтачивается тем же тритоном си фа. Устойчивость общей пасторальной тональности этой симфонии фа мажор все время нарушается ее титановым антиподом, который в Бурлеске уже доминирует. Монодия, продолжая линию речитативов «от автора» почти всех его предыдущих симфоний, здесь выделена в целую отдельную часть, возвращающую к Шестой симфонии. Экспрессия внутреннего диалога человека со своей болью, со своей совестью, с надеждой и отчаянием, с жизнью и смертью, своего рода покаянный плач, достигает потрясающей силы. На фоне импульсивного и пестрого движения параллельно развиваются две линии. Три то новость постепенно подменяется устойчивой чистой квинтой. Одновременно издалека, под различные тональности подводится крепкий басовый органный пункт фа. Торжество чистого фа мажора на тутти ином проведении начальной «пасторальной» темы симфонии ослепительно. Почему автор выбрал для завершающего раздела триады свой ренессансный пласт, хотя и в нейтрально сглаженном виде, где стилизация почти не ощущается? (Кстати, ясный танцевальный тематизм этой симфонии корреспондирует с «Весенним концертом» для скрипки с оркестром.) Может быть, для того, чтобы показать и напомнить, что конфликт созидания и разрушения извечен для человечества всех времен и народов?.. А может быть, и по другой причине. Субъективно, мне кажется, что С. Слонимский просто любит этот стиль. Не подавляя в себе романтической ностальгии по звуковому аромату старинной музыки, он обращается к нему в ряде светлых и поэтичных образов.

Перевозка негабаритных грузов по Санкт-Петербургу

Отжимания на одной руке

ОПРОС АРХИВЫ
Выбираем топ ночных клубов:
Amnesia
Escape
Buddha Bar
Cocoon
The Space
The Bed
Fabric
Pacha

Вконтакте Соц. Чат Twitter